Цеховики в ссср что производили. Сделано в ссср - цеховики. рождение теневой экономики. записки подпольного миллионера. Бекряшев А.К., Белозеров
 И.П., Бекряшева Н.С. Теневая экономика
 и экономическая преступность.
 Электронный учебник

Цеховики в ссср что производили. Сделано в ссср - цеховики. рождение теневой экономики. записки подпольного миллионера. Бекряшев А.К., Белозеров И.П., Бекряшева Н.С. Теневая экономика и экономическая преступность. Электронный учебник

Федеральное агентство по образованию

Южно-Уральский Государственный Университет

Аэрокосмический факультет

Кафедра Гидравлики

Теневое предпринимательство в СССР. Цеховики.

Курсовая работа

г. Челябинск


Введение.......................................................................................................... 3

Теневая экономика. Общие сведения. ......................................................... 5

Понятие теневой экономики. Структура..................................................... 5

Элементы теневой экономики...................................................................... 6

Причины роста теневой экономики…………………………………………...7

Формы «Теневизации» экономики……………………………………………8

Теневое предпринимательство в СССР...................................................... 9

Цеховики....................................................................................................... 12

Понятие «Цеховик»........................................................................................................ 12

Портрет цеховика……………………………………………………………..13

Как советский человек уходил в цеховики?...................................................14

Правила цеховиков............................................................................................15

Схемы осуществления цехового производства……………………………..16

Громкие дела…………………………………………………………………..18

Дело львовских трикотажников………………………………………….......23

Историко-статистическая справка…………………………………………...22

Заключение..................................................................................................... 8

Список источников....................................................................................... 9

Приложения................................................................................................. 10

Приложение 1............................................................................................. 11

Приложение 2............................................................................................. 12


Введение

Проблема теневой экономики существует давно и во всех странах мира. В переходных экономиках всех стран теневой сектор играет неоднозначную роль. С одной стороны, скрытость его от налогообложения повышает конкурентные преимущества предприятий, практикующих теневые действия, позволяет получать дополнительные доходы занятым в нем работникам, снижает уровень реальной безработицы. С другой стороны, функционирование теневого сектора наносит ущерб государственному бюджету, рыночное хозяйство теряет свои активность, снижаются реальные доходы и уровень жизни населения, снижается воспроизводственный потенциал, происходит инвестиционный спад, пропадают внутренние источники накопления, происходит дезорганизация финансовой и денежной системы, также при разгуле экономической преступности и в коррумпированном государстве не может быть жизнеспособной общественной системы, приходит кризис в сфере социально-экономического управления. Теневая Экономика, наряду со многими другими социальными явлениями, негативным образом сказывается на социальной стабильности российского общества, влияет на будущий экономический, социальный и политический порядок.

Репутация страны с масштабной Теневой Экономикой является не только политическим, но и важным экономическим фактором, влияющим на условия предоставления займов, масштабы иностранных инвестиций и т.д., и, как и любая репутация, она с трудом поддается восстановлению.

В разных странах масштабы развития теневого сектора различна, а также отличается степень его изученности. Это явление, наверно, наименее изучено в России, а масштабы проявления достаточно велики.

Особый период теневая экономика переживала в период СССР. Ведь, у людей, занятых в теневом секторе, возможность делать деньги отсутствовала в принципе, к тому же ради своего дела, они рисковали жизнью. Их положение вынуждало «делиться» как с государственными структурами, так и с уголовными элементами.

Самый яркий пример теневых предпринимателей советского периода - это цеховики. Они и их деятельность лежат в основе моей курсовой работы, является объектом изучения.

Целью курсовой работы является:

1) Выяснить понятие теневой экономики и ее особенности.

2) Определить особенности теневого предпринимательства в СССР и причины его возникновения.

3) Рассмотреть цеховое производство как основную деятельность в теневом секторе

a) Выяснить: кто шел в цеховое производство?

b) Объяснить: почему советские люди на это опасное дело?

c) Определить: особенности «цеховой» жизни и работы.

4) Определить влияние теневого сектора на общество и государство.

5) Понять: что осталось от теневого предпренимательства СССР предпринимательству современной России.

Предметом исследования курсовой работы является теневая экономика и цеховики, включая не только их предпринимательскую деятельность, но и личную жизнь.

При написании курсовой работы были использованы следующие методы научного исследования:

Изучение научных статей и монографических публикаций

Описание

В основе курсовой работы взята книга А. Нилова, человека, чья судьба оказалась связанной с цеховиками. И работа Радаева, как основная научная работа о теневом предпринимательстве. А так же материалы проекта «Цеховики. Опыт коллективного исследования» на сайте http://www.cehowiki.com .

Теневая экономика. Общие сведения.

Понятие теневой экономики. Структура.

В настоящее время существует несколько точек зрения, определяющих понятие теневой экономики:

1. Теневая экономика - экономическая деятельность, противоречащая данному законодательству, т.е. она представляет собой совокупность нелегальных хозяйственных действий, которые подпитывают уголовные преступления различной степени тяжести.

2. Теневая экономика- неучитываемые официальной статистикой и неконтролируемые обществом производство, потребление, обмен и распределение материальных благ.

3. Теневая экономика - все виды деятельности, направленные на формирование или удовлетворение потребностей, культивирующих в человеке различные пороки.

Следует отличать теневую экономику от неформальной и криминальной. Теневая экономика тоже не отражается в официальной отчетности и формальных контрактах, также вступает в противоречия с существующими законодательными установлениями. Важная часть теневой экономики является вполне легальной по своим целям и содержанию, но связана с периодическими нарушениями закона в отношении выбора средств достижения целей.

Элементы теневой экономики

Существует несколько основных элементов теневой экономики, а именно:

Сокрытие предприятия (осуществление регулярной организованной хозяйственной деятельности без регистрации);

Сокрытие хозяйственных операций (не отражение их в договорах и отчетности);

Сокрытие найма рабочей силы (наем без оформления трудовых договоров);

Сокрытие доходов (уход от налогов).

Чаще всего эти элементы тесным образом взаимосвязаны, но это не обязательно. В принципе можно не регистрировать предприятие и при этом относительно честно платить подоходный налог. Или скрывать операции зарегистрированного предприятия.

Причины роста теневой экономики

Вадим Радаев выделяет ряд "классических" причин роста теневой экономики 1 , а именно:

1. Возникновение структурного и экономического кризиса, осложняющего ситуацию на рынке труда, которая, и свою очередь, порождает всплески малого предпринимательства и самостоятельной занятости и становится питательной средой для буйного роста теневых отношений;

2. Массовая иммиграция из стран "третьего мира", дополняемая внутренней миграцией из сел в крупные города и вынужденной внутренней миграцией из депрессивных регионов и "горячих точек".

3. Характер государственного вмешательства в экономику. Предполагается, что сравнительная доля неофициальной экономики находится в прямой зависимости от трех параметров: степени регулятивного вмешательства, уровня налогообложения и масштабов коррупции 1 ;

4. Открытие внешних рынков и обострение конкурентной борьбы, прежде всего с производителями стран "третьего мира", побуждающее снижать издержки всеми легальными и нелегальными способами;

1. Радаев В. Теневая экономика в CCCР / России: основные сегменты и динамика . – Восток, 2000, № 1

5. Эволюция трудовых отношений в сторону их большей неформальности и гибкости как реакция на их значительную институционализацию и регламентацию в предшествующие десятилетия, что в первую очередь характерно для развитых западных стран.

Формы "теневизации" экономики.

Выделяют минимум три формы «теневизации» экономики:

- пассивная форма - когда под запретом оказываются нерегламентированные ранее области деятельности;

- конкурентная форма - когда хозяйствующие агенты сами избегают регламентации в целях экономии транзакционных издержек на регистрацию, лицензирование и т.п. и увеличивают прибыльность посредством неуплаты налогов;

- форма получения привилегий - когда хозяйствующие агенты, не обходя формальных правил, обеспечивают себе особые льготные условия на рынках (например, подкупая коррумпированных чиновников) 1 .

Теневое предпринимательство в СССР.

В начале семидесятых годов произошел расцвет подпольного бизнеса в СССР. При той стадии развития социалистического строя, когда он был беспомощен и пассивен, стали возникать маленькие и большие «левые» производственные цеха.

Благоприятной почвой для деятельности цеховиков были неспособность советской экономической системы решить проблему хронического товарного дефицита в стране, а также бесхозяйственность и коррупция, процветавшие в последние годы существования Советского Союза. Вызванная политикой перестройки легализация предпринимательской деятельности в конце 1980-х годов привела к исчезновению цеховиков как класса экономических субъектов, нарушающих советское законодательство, ранее запрещавшее частную предпринимательскую деятельность.

Суть явления

Феномен подпольности заключался в том, что официально было невозможно ни организовать предприятие, ни продавать произведённую продукцию. Поэтому цеховики нашли выход - официальной государственной структурой производилась подпольная продукция и неофициальной теневой структурой эта продукция продавалась. Или наоборот - продукция производилась теневой структурой, но сбывалась через государственные торговые организации. Вариант, при котором всё было полностью нелегальным, был менее распространён, так как его было сложнее осуществить на практике, и он слишком легко выявлялся органами ОБХСС .

Сырьё и материалы для подпольного производства приобрести легально обычно было невозможно. Поэтому для решения этой проблемы были задействованы государственные производственные предприятия - как правило предприятия местной промышленности - которые служили основной сырьевой и производственной базой цеховиков. Путём завышения потребности в сырьевых материалах, приписок, экономии материалов, составления актов о списании и уничтожении под надуманным предлогом фактически пригодных материалов и сырья и другими способами, из государственной собственности изымались излишки, которые затем использовались в производстве неучтённой продукции. Дополнительную продукцию, как правило, изготавливали рабочие того же предприятия. В большинстве случаев они не подозревали о том, что их труд используется цеховиками в корыстных целях. Произведенная продукция тайно вывозилась для её последующего складирования и реализации на чёрном рынке или через государственную оптово-розничную торговую сеть.

Деятельность цеховиков часто переплеталась с таким понятием, как «толкач» (так на сленге советского времени назывались снабженцы предприятий, вынужденные действовать в условиях плановой экономики), поскольку предприятие не всегда могло официально закупить необходимое сырьё и официально продать произведённый продукт.

В криминальные синдикаты цеховиков зачастую были вовлечены должностные лица государственных органов, призванные вести борьбу с хищениями государственной собственности, включая ревизоров, следователей и других сотрудников правоохранительных органов. Эти лица получали от цеховиков взятки и по этой причине были заинтересованы в том, чтобы экономические преступления оставались нераскрытыми. Цеховики также были объектом вымогательства со стороны организованной преступности, особенно с появлением в СССР рэкета на рубеже 1980-90-х годов.

История

Цеховики появились в СССР с ликвидацией на рубеже 1920-30 годов частной собственности на средства производства и внедрением государственного планового управления экономикой. Первым из преданных в СССР публичной огласке случаев разоблачения цеховиков советскими правоохранительными органами стал арест Шая Шакермана. Будучи начальником мастерских в психоневрологическом диспансере , в 1958 году Шакерман закупил промышленные швейные и вязальные машины, которые тайком установил в бараках лечебницы и задействовал её пациентов для пошива модных в то время вещей . В 1962 году Шакерман был арестован, а в 1963, вместе с сообщником Борисом Ройфманом (директором Перовской текстильной фабрики, имевшим 60 подпольных предприятий в разных регионах страны) - приговорён к

Созданная Сталиным в 1930-е годы командно-плановая централизованная экономика была крайне неэффективна, о чем свидетельствует хронический дефицит, сопровождавший до самой его кончины. Вопреки официальным заявлениям о перевыполненных планах, из закрытых докладов партии и правительству ясно, что план ни одной из пятилеток не был не то что перевыполнен, но даже просто выполнен. В условиях дефицита с 1930-х годов расцветал черный рынок, удовлетворявший половину потребностей граждан.

Черная икра и водка, изъятые у советских подпольных предпринимателей

А раз был черный рынок, значит, были и его герои - подпольные миллионеры. И если серьезная борьба на уничтожение черного рынка могла привести к вымиранию большей части населения (и власти это понимали), то миллионеры время от времени попадались под репрессивный каток советской власти.

Николай Павленко

Время деятельности: Великая Отечественная война - начало 1950-х

Этот предприимчивый сын раскулаченного крестьянина сумел во время войны создать не просто какую-нибудь небольшую артель, а настоящую частную строительную корпорацию с численностью в несколько сотен сотрудников, работавшую на всей европейской части СССР.

С началом Великой Отечественной войны Павленко был призван в действующую армию и отступал вместе с войсками вглубь страны, пока не дошел до Вязьмы. После этого он дезертировал, выписал себе поддельные документы и организовал в Калинине (Тверь) первое предприятие - «Участок военно-строительных работ № 5 Калининского фронта» (УВСР-5). За взятку в типографии Павленко отпечатал необходимые документы - накладные, договоры и т.п., подобрал на фронтовых дорогах с десяток брошенных грузовиков и бульдозеров и, пользуясь неразберихой военного времени, встроил УВСР-5 в систему военно-строительных частей Калининского фронта.

«Частное» подразделение Николая Павленко, поставленное на довольствие и снабжаемое пополнением, вместе с фронтом дошло до Берлина, ремонтируя дороги и мосты, строя аэродромы и госпитали, иногда даже вступало в бой с прорвавшимися в тыл немцами. «Командир» и его «подчиненные» получали звания, награждались медалями и орденами.

К концу войны бюджет мифического УВСР-5 достигал 3 миллионов рублей, а сам Павленко ездил на немецких автомобилях представительского класса «Хорьх» и «Адлер». Получив за взятку железнодорожный эшелон из тридцати вагонов, Павленко вывез из Германии реквизированное у местного населения продовольствие, а также трофейные грузовики, тракторы, автомобили и другую технику. Все это распродали в Калинине на черном рынке. После этого Павленко демобилизовал большую часть своего «подразделения», насчитывавшего к тому времени около 300 человек, при этом каждый из офицеров получил от 15 до 25 тысяч рублей, а рядовые - от 7 до 12 тысяч. Себе «командир» оставил около 90 тысяч рублей.

Дальше Павленко организовал в Калинине строительную артель «Пландорстрой». Вскоре переехал во Львов, далее - в Кишинев, где контроль был не таким жестким, как в центральных регионах страны. Там он организовал 1-е Управление военного строительства (УВС-1), вскоре превратившееся в одну из крупнейших в регионе строительных организаций. У предприятия была своя вооруженная охрана, личный состав поступал из местных военкоматов. Подряды УВС-1 получало от промышленных предприятий и организаций Молдавии, Украины, Белоруссии, западных областей РСФСР и Прибалтики.

Платил Павленко наличными, в три-четыре раза больше, чем на госпредприятиях, и строил на совесть, в чем позже признавались даже следователи, которые вели «дело Павленко». У заказчиков претензий к работе УВС-1 тоже не возникало.

С 1948 по 1952 год УВС-1 по подложным документам заключило 64 договора на сумму 38 717 600 рублей. По фиктивным счетам в отделениях Госбанка Павленко получил более 25 миллионов рублей. Бизнес, надежно прикрытый взятками, работал без сбоев.

Подвела случайность. Одному из сотрудников УВС-1 недоплатили за облигации госзайма, и он написал заявление в местную прокуратуру. Началась проверка, в ходе которой выяснилось, что УВС-1 нигде официально не числится.

14 ноября 1952 года в результате широкомасштабной операции, тщательно спланированной органами госбезопасности пяти союзных республик, строительная «империя» Николая Павленко была ликвидирована. Арестовали почти 400 человек. В квартире Павленко, который к тому времени уже был в звании полковника, обнаружили на общую сумму 34 миллиона рублей. Приговор предсказуемый: в апреле 1955 года Павленко расстреляли. Еще 16 подсудимых получили сроки от 5 до 20 лет.


Борис Ройфман


Время деятельности: 1940-е - начало 1960-х

Этот подпольный бизнесмен создавал цеха при различных государственных предприятиях и организациях с 1947 года. В 1957 году Ройфман запустил производство неучтенной продукции в трикотажном цехе общества глухонемых в Калинине.

Сколотив капитал, Ройфман стал штурмовать столицу: купил за 2000 рублей должность заведующего мастерскими психоневрологического диспансера в Краснопресненском районе Москвы и добился разрешения (тоже за взятки) создать при психдиспансере трикотажный цех. В доле были все, от главврача до рядовых сотрудников. При диспансере Ройфман оборудовал подпольный цех, закупил для него несколько десятков трикотажных машин на разных госпредприятиях и сырье - шерсть. Продукция сбывалась через «прикормленных» торговцев на рынках и вокзалах.

К 1961 году, когда в стране объявили денежную реформу, Ройфман был миллионером. Обменять миллионы старых рублей на новые было затруднительно, но проблема была решена уже не раз испытанным способом - за взятку сотрудникам нескольких сберкасс, в которых производился обмен. Подпольный цех раскрыли случайно: партнер Ройфмана Шакерман поссорился со своими родственниками, а те донесли в прокуратуру - мол, живет не по средствам. Бдительные органы провели проверку, вскрыли деятельность подпольного цеха, вышли на Ройфмана. Во время обысков в нескольких тайниках нашли десятки килограммов золота. По решению суда Ройфмана и Шакермана расстреляли.


Ян Рокотов

Время деятельности: конец 1950-х - начало 1960-х

После VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов, проходившего в 1957 году в Москве, ударными темпами начинает развиваться фарцовка.

Идя навстречу пожеланиям трудящихся, насмотревшихся на иностранцев и возжелавших одеваться стильно и оригинально, предприимчивые молодые люди быстро наладили нелегальную торговлю с интуристами. Со временем среди фарцовщиков появились свои «короли». Наиболее заметной фигурой в этой сфере - не только по положению, но и по трагичности своей судьбы - является Ян Рокотов. Именно он первый создал хорошо организованную и выстроенную систему - со своей иерархией и законами, со сложной схемой посредников для скупки валюты и товаров у иностранцев.

Начав создавать свою империю в 1957 году, уже к 1959-му Рокотов превратился в подпольного миллионера. Чтобы проще было заниматься бизнесом, он стал милицейским осведомителем и время от времени сдавал некоторых из своих коллег и даже собственных «сотрудников», находившихся на низших ступенях фарцовой иерархии.

Неизвестно, как долго бы все это продолжалось, если бы не вмешалась большая политика. Во время поездки Хрущева в Западный Берлин в ответ на слова советского лидера «Берлин превратился в грязное болото спекуляции» из зала кто-то крикнул: «Такой черной биржи, как ваша московская, нигде в мире нет!» Получив публичную оплеуху, Хрущев пришел в ярость и приказал на корню извести фарцовку. Развернулась кампания по борьбе с фарцовщиками и валютчиками. Нужен был показательный процесс. В мае 1961 года Рокотова арестовали, чуть позже взяли двух ближайших соратников - Файбишенко и Яковлева. При обыске у Рокотова изъяли около 1,5 миллиона долларов в разной валюте и золоте. Общий оборот подпольной «империи» Рокотова составил 20 миллионов рублей.

По советским законам, максимальное наказание для Рокотова, Файбишенко и Яковлева было 8 лет. Но Хрущева это не устраивало. Дело пересмотрели, суд назначил новое наказание в соответствии со специально принятым законом: 15 лет лишения свободы. Однако Хрущев жаждал крови и, вмешавшись в судебный процесс, прямо приказал вынести смертный приговор - это уже было вопиющим нарушением юридических норм. Ради дела Рокотова, Файбишенко и Яковлева в Уголовный кодекс внесли изменения, в соответствии с которыми установили смертную казнь за валютную контрабанду. Несмотря на то что закон обратной силы не имеет, дело пересмотрели и его фигурантов приговорили к смертной казни. 16 июля 1961 года приговор привели в исполнение.


Зигфрид Газенфранц и Исаак Зингер

Время деятельности: 1950-е - начало 1960-х

Еще одни трикотажники-частники, в меру своих сил латавшие дыры советского дефицита, работали в городе Фрунзе, столице советской Киргизии. Газенфранц и Зингер выкупили устаревшее оборудование у трех пошивочных артелей, оборудовали в заброшенных военных ангарах ткацкую фабрику и наняли на работу портных из местных еврейских общин.

Через короткое время они стали обладателями миллионных капиталов со всеми атрибутами роскошной жизни: купленный в одном из московских дипломатических представительств, хоть и подержанный, но «Роллс-Ройс», огромный дом с прислугой.

Этими непомерными тратами цеховики себя и выдали. В январе 1962 года по «трикотажному делу» КГБ арестовал 150 человек. По свидетельству задержанных, показания из них выбивались кулаками. Газенфранц и Зингер обвинялись в хищениях социалистической собственности. На это Зигфрид Газенфранц резонно отвечал: «Мы государству ущерб не нанесли. Сколько было у государства, столько и осталось. Мы выворачивались на собственные деньги, выпускали неучтенную продукцию. Нас судить за хищения никак нельзя». 21 обвиняемого, в том числе и Газенфранца с Зингером, приговорили к расстрелу, применив закон задним числом: аресты произошли еще до принятия поправок, вводящих смертную казнь за экономические преступления.


Артем Тарасов

Время деятельности: перестройка

Тарасов известен как первый легальный советский миллионер. Но этого статуса ему пришлось добиваться с боями.

Началось все в 1987 году, когда он открыл первое в Москве брачное агентство и за пять дней заработал 100 тысяч рублей, при том что средняя зарплата в СССР тогда составляла 120 рублей. Поднялся скандал, Тарасова объявили спекулянтом и на шестой день кооператив закрыли.

Предприниматель не унывал и открыл новый бизнес: кооператив «Техника» - мастерскую по ремонту импортной аппаратуры. Достать импортные детали было почти невозможно, но умельцы в фирме Тарасова умудрялись ставить на иностранную технику советские детали. Когда это вскрылось, Тарасова обвинили в воровстве зарубежных деталей. Но, поскольку от клиентов не было ни одной жалобы (техника, хоть и с отечественными деталями, но работала), следователям не за что было зацепиться, дело развалилось. Бизнес Тарасова расширялся, фирма перешла на закупку компьютеров и программного обеспечения для госструктур, даже для КГБ.

Поскольку расчет в те годы был только наличными, к началу 1989 года на счету фирмы оказалось более 100 миллионов долларов. Тарасов стал самым богатым человеком в СССР. В том же году вышел закон, согласно которому в кассе фирмы должно быть не более 100 рублей. Тогда Тарасов просто поделил весь зарплатный фонд среди своих сотрудников - всего у него работало 1800 человек. Когда один из сотрудников-коммунистов сделал обязательный партвзнос - 3% от своей зарплаты в 3 млн рублей, в партячейке обомлели.

Информация молниеносно дошла до самого верха. Пришла представительная комиссия, составленная аж из восьми различных организаций: КГБ, ГРУ, ОБХСС, Минфин, КРУ Минфина, финансовые территориальные отделения. Сняли кассу, в ней оказалось 959 837 рублей 48 копеек. Комиссия проверила документы: все оказалось законно. Но тут вмешался Горбачев, сказавший: «Мы не позволим превращать в капитализм. Мы этих толстосумов должны призвать к ответственности». Комиссии пришлось разорвать первоначальный протокол, фирму закрыли.

Тарасову грозила расстрельная 93-я статья УК СССР «Хищение государственной собственности в особо крупных размерах». Миллионер решился на нетривиальный шаг: он пришел на телевидение, в популярную программу «Взгляд», и рассказал свою историю на всю страну. А в конце объявил: если докажут, что он спекулянт, он готов к расстрелу хоть на Красной площади. В последующие дни материалы с ним сделали многие советские и иностранные СМИ, и расстреливать медийную персону стало как-то неудобно. Вскоре Тарасова избрали народным депутатом РСФСР, так что и преследовать его оказалось невозможным. Артем Тарасов до сих пор является одним из самых богатых людей в мире.

Александр Нилов

Цеховики. Рождение теневой экономики. Записки подпольного миллионера

От редакции

Девяностые годы ХХ столетия подвели жирную черту под историей уникального эксперимента, длившегося в течение долгих семидесяти лет на одной шестой части суши земного шара. Этот эксперимент назывался – СССР. Из-за грандиозности поставленного опыта сразу по окончании было трудно его правильно оценить: «Глаза в глаза – лица не разглядеть, большое видится на расстоянии». Лишь теперь, спустя десятилетия, можно совершить попытку беспристрастно обозреть ушедшую эпоху. Именно беспристрастно, потому что в советском прошлом страны было разное: и хорошее и плохое. Но чего не отнять – мировая история подобного жизненного опыта еще не знала. Хотя бы по этой причине о прошлом стоит вспоминать.

Но само по себе прошлое – это всего лишь страницы учебников. Гораздо интереснее изучать его, чтобы понять настоящее. Настоящее, каково оно? Какова основная проблема, которая волнует большинство наших соотечественников? И получить ответ, правда не очень приятный, но вполне обоснованный: большинство людей волнует вопрос «как заработать денег?». Это если говорить о насущных проблемах. И очень многие, попытавшись решить оный вопрос, через некоторое время опускают руки со словами: «У меня нет никаких возможностей». Как они ошибаются!

Книга, лежащая перед вами, расскажет о людях, у которых реальная возможность сделать деньги отсутствовала в принципе. Более того, для достижения своей цели они буквально рисковали жизнью. Однако их не останавливало даже это. И у них все получалось.

Автор книги не профессиональный литератор. До последнего времени он был сотрудником редакции одной из крупных питерских газет. Так получилось, что его жизнь оказалась крепко связана с одним из самых уникальных явлений в СССР – подпольным бизнесом. Изначально автор начал писать книгу по личным мотивам, но в процессе работы над ней понял, что личные воспоминания и рассуждения занимают в тексте очень мало места. И это не случайно. Ведь его судьба и судьба членов его семьи оказалась неотделима от истории цеховиков, этих неизвестных тружеников теневой экономики. А у нас с вами появилась возможность увидеть их жизнь «изнутри», то есть посмотреть на историю их глазами. И может быть, чему-то поучиться.

Написанию каждой книги предшествует какое-нибудь событие. Причем для личности самого автора оно может быть совсем незначительным, – что уж говорить о более солидных масштабах! Но, для того, чтобы на бумаге появились буквы, которые можно при желании сложить в мало-мальски осмысленные слова, необходима конкретная причина. Это может быть и искреннее желание рассказать читателю стоящую историю, а иногда автором движет стремление выплеснуть на бумагу все накопившиеся мысли и чувства, хотя частенько случается, что причина, побудившая взяться за перо, кроется в банальной нехватке финансов.

Я далеко не корифей литературного жанра. Более того, за всю жизнь это всего лишь вторая моя попытка написать что-то вразумительное. Но по роду своей профессии я много раз не только присутствовал при зачатии новой книги, но и собственноручно принимал рожденное спустя некоторое время произведение. Ведь я работаю редактором.

Понятно, что я несколько робел и мялся, перед тем как засесть за написание собственного опуса, но… у меня было внутреннее оправдание. В наличии имелось событие, которое следовало описать, и даже присутствовала причина, подвигающая на подвиг. Так почему бы и нет?

Вместо предисловия

Дело было в следующем: моя мать закурила после десятилетнего перерыва. Все началось обыкновенным пятничным вечером, когда я находился в знакомом каждому работающему человеку блаженном состоянии истомы. Истома была вызвана осознанием двух еще не начавшихся, но уже доступных выходных дней. На дачу к жене и отпрыску я не поехал – было поздно тащиться за город и посему решил исполнить сыновний долг. Заехать и наконец навестить мать. Все было как обычно. Я поел, мы немного поговорили о том о сем, после чего вместе уселись смотреть телевизор. То есть смотрела в основном мать, а я почти сразу начал клевать носом. Проснулся от сигаретного дыма и даже не сразу понял: где я нахожусь и что происходит. Мать бросила курить давным-давно. Однако нельзя же не верить собственным глазам. Обеспокоиться как следует я все-таки не успел, потому что матушка выглядела совершенно спокойной и даже, я бы сказал, задумчивой. Увидев, что я окончательно проснулся, она вытянула указательный палец в сторону светящегося экрана и равнодушно сказала:

– И вот не то чтобы врут. Просто за деревьями сценаристы явно потеряли лес. Чушь какая-то, розовые сопли. Все было совсем не так. Ты-то ведь тоже должен кое-что помнить.

Я перевел взгляд на телевизор. Там в самом разгаре была передача на криминальную тему. На сей раз поднимали из небытия дела давно минувших дней. Цеховики, теневая экономика, криминал, ОБХСС и… ну и все, что в таких случаях полагается. Я позорно промолчал в ответ. Просто потому, что не знал, как нужно реагировать. До сих пор мы с матерью никогда не говорили об этом. Не то чтобы избегали ее специально, просто так получалось само собой. С тех самых пор, как умер отец.

– Написал бы ты правду, Санечка, – продолжила монолог мать. Или попросил кого, у вас же там, на работе, обо всем подряд пишут. Но лучше бы сам.

– Господи, да какую правду, мама, о чем ты?

– О них. О папе. О том, как все происходило на самом деле. Вот смотри, раз снимают подобные фильмы, значит, людям интересно. – Она немного помолчала и с такой же ровной интонацией добавила: – Напиши, Санечка, папа не возражал бы.

Вот и все, что она сказала в тот вечер. А я после этого неделю мучился моральной изжогой, переваривая ее слова и вспоминая одну-единственную выкуренную мамой сигарету…

Похоже, пришло время поговорить. «О них, о папе, о том, как все было тогда». Вот только друг с другом у нас уже вряд ли получится пообщаться на эту тему. Привычка – вторая натура. Так что моя причина для написания этой книги проста: мне надоело молчать.

Отца посадили в 1985 году, когда мне было тринадцать лет. Ему впаяли десять лет с конфискацией за соучастие по статье «Хищение государственной собственности». Стандартная статья для всех цеховиков. Он просидел семь лет и вышел за примерное поведение. По крайней мере, это была версия, озвученная вслух. Когда он сел, ему исполнилось сорок три и он был гражданином СССР. На момент освобождения ему было пятьдесят, и он был гражданином незнакомой страны под комической аббревиатурой СНГ. Но я уверен, для него это не стало бы большой проблемой, проживи он чуть дольше. К сожалению, всего через год после выхода на волю он умер в больнице от инфаркта. Мы с матерью после его смерти не только ни разу не вспоминали прошлое, но и не говорили на темы, впрямую связанные с ушедшими годами.

Кто есть кто. Подпольный бизнес в СССР

Я человек дотошный и если бы не стал тем, кем стал, то, возможно, выбрал бы профессию бухгалтера. Для литератора такое качество характера, как я думаю, скорее недостаток, но уж что выросло, то выросло. Именно поэтому я не стану (хотя очень хочется) сразу переходить непосредственно к истории моего отца и его знакомых. Вместо этого напомню общую картину подпольного бизнеса в СССР. Начать, пожалуй, стоит с терминологии (как бы ужасно это слово ни звучало).

Людей, которые занимались сбытом любого товара, имеющего криминальное происхождение, как уголовники, так и сотрудники правоохранительных органов называли барыгами. Между прочим, это слово плавно перекочевало в современность, только слегка изменив свое значение. С начала девяностых барыгами стали называть бизнесменов любых калибров, тех, что занимаются реализацией товара.

Цеховиками в советские времена называли людей, которые организовывали подпольное производство товара. Этим ярлыком награждали любого нелегального производителя вне зависимости от объема «левого» производства. Как в наше время под титулом «бизнесмен» могут скрываться и владелец трех продуктовых ларьков, и председатель совета директоров крупного банка, так и в СССР под безликим определением «цеховик» мог подразумеваться крупный махинатор, выдававший производственные объемы, сравнимые с планом легального предприятия, наравне с владельцем пошивочного цеха вместимостью в три швейные машинки. Отдельного упоминания заслуживает факт, что дополнение «в особо крупных размерах» к статье «Хищение государственной собственности» можно было схлопотать в любом случае.

Вверху пирамиды покоились священные коровы – теневики. Люди, которые прикрывали подпольную экономическую деятельность, находясь в стенах государственных учреждений разных рангов. Не думаю, что стоит отдельно уточнять: чем больше был объем подпольного производства – тем выше рангом были крышующие его чиновники.

Единственное отличие этой иерархической лестницы от современных реалий состояло в невозможности совмещения нескольких ипостасей в одном лице. Сейчас, несмотря на строжайший запрет государственным чиновникам заниматься предпринимательской деятельностью, каждый самый захудалый депутат как минимум владеет свечным заводиком в средней полосе необъятной России. И многие производители товара самостоятельно занимаются сбытом продукции. В те времена, о которых сейчас идет речь, о таком раскладе и помыслить было невозможно. Объяснялось сие табу очень просто. Тот, кто занимался подпольным бизнесом, имел доступ к очень ограниченному кругу возможностей, ведь для нелегальной деятельности требовалось вполне легальное прикрытие. Да и простое соображение, состоявшее в том, что бизнес, раздробленный на мелкие части, труднее отследить и ликвидировать, тоже играло свою роль.

Так что, по большому счету, между владельцем маленькой пошивочной мастерской и производителем «левых» радиодеталей на мощностях государственного цеха реальное отличие было только одно: объем производимого товара.

Как сказал один из французских философов, «пороки общества – зеркальное отражение добродетелей этого общества». Метко сказано. Точно так как легальная экономика в СССР была подвержена диктату планирования, так же и схемы нелегального производства напоминали многократно скалькированный чертеж одного и того же механизма. Какой бы товар ни выходил из подпольных цехов – весь процесс, от поставок сырья до способов реализации товара, был на удивление одинаков.

Аналогии можно проследить и в более широком смысле. Ту роль, которую в социалистическом реализме играли профсоюзные организации, в «зазеркалье» теневой экономики исполнял криминальный общак, в который неукоснительно отстегивалась определенная доля прибыли. Искаженным отражением партсобраний вполне можно было считать постоянные сходняки, на которых воровские авторитеты прилежным и трудолюбивым цеховикам частенько устраивали разбор полетов. Ну и так далее.

Схем обогащения у цеховиков на самом деле было – раз, два и обчелся. И любой сотрудник ОБХСС знал об этом. Другое дело, что доказательную базу собрать оказывалось гораздо труднее. Если уж на то пошло, то настоящей головной болью ОБХСС были вовсе не цеховики, производители «левого» товара на ворованном сырье. Острие карающего меча законности было заточено под поимку тех расхитителей госсобственности, которые ограничивались исключительно процессом кражи. Как говорил Портос: «Я дерусь, просто потому что дерусь». То есть воровали именно для того, чтобы украсть, обуреваемые синдромом накопительства.

Воровство в СССР процветало в масштабах катастрофических. «Неси с работы каждый гвоздь – ты здесь хозяин, а не гость!» И несли. И дедушка-вохровец (человек с ружьем), и мастер из цеха, и директор завода, и буфетчица из столовой. Садовые домики возводили из вынесенной с родного производства продукции, а если уровень должности позволял, то получались и кирпичные «халупки». В этой среде в основном процветал натурообмен (будущий бартер). Ты – мне, я – тебе. Рука руку мыла. Но именно в категории несунов было больше всего случайных людей. Не надо обладать никакими выдающимися личностными качествами, чтобы украсть в родной конторе. Достаточно было оказаться в нужном месте в нужное время – например, всеми правдами и неправдами получить любую руководящую должность, – и дело в шляпе. Не нужно думать, напрягаться и что-то изобретать, человек автоматически занимал свое место в кругообороте. Именно поэтому несуны практически выпадали из криминальной среды в СССР. Ну, разве только «в особо крупных масштабах»… Всех остальных проконтролировать было невозможно.

Вот я и подошел к первому вопросу, который, похоже, не задал себе никто из тех журналистов, которые в наше время отряхивают пыль с архивных дел цеховиков. А почему, собственно, люди имевшие доступ к ворованному сырью, не ограничивались сбытом этого самого сырья налево, направо, куда угодно, как поступало большинство? Если ими двигала исключительно страсть к наживе и обогащению, то почему не ограничиться достойным местом в кругообороте несунов? Зачем наживать себе дополнительную головную боль в виде обеспечения дальнейшей переработки сырья в реализуемый товар? Да еще и налаживать контакты со сбытчиками (тоже дополнительный риск). Не говоря уж о тесных связях с криминальными структурами и теневиками.

Что же двигало людьми, если не просто жажда денег? «Я вам не скажу за всю Одессу, вся Одесса очень велика…» Так вот, я отнюдь не претендую на то, чтобы стать выразителем общего мнения этих загадочных бизнесменов прошлого, но, по крайней мере, я попытаюсь ответить на этот вопрос так, как ответили на него себе мой отец и его «соратники по цеху». Конечно же, не каждый человек – цеховик, но каждый цеховик – человек, поэтому мотивы в каждом случае разные, ведь сколько людей, столько и историй. Есть (я уверен) истории про жажду власти, есть (скорее всего) истории про идеологическую несовместимость с существующим строем, наверняка чья-то история повествует про гениальные деловые способности, не реализовать которые означало бы спиться или закончить жизнь в канаве от бессмысленности жизни. Но об этом я могу только догадываться. Логичнее рассказывать о том, что я знаю точно. Вот я и подошел к началу своего рассказа. Лучше поздно, чем никогда.

СССР – кузница кадров

Хотя и принято в последнее время костерить социализм на все лады, нельзя отмести и несколько положительных моментов, наличествующих в СССР, значение которых трудно недооценивать. Страна равных возможностей пусть и хромала во всех остальных пунктах значения слова «равенство», однако в деле бесплатного образования советский народ точно был впереди планеты всей. И действительно, учили всех подряд: и способных, и совершенно к процессу обучения не приспособленных. Такой добровольно-принудительный подход к получению знаний не мог сделать Ломоносова из каждого деревенского паренька, зато давал возможность выйти на приличный научный уровень всем, кто этого действительно хотел, вне зависимости от происхождения.

Отец в этом смысле принадлежал именно к той половине советского народа, которой полученные знания пошли впрок. Родился он в обыкновенной рабочей семье, которая вплоть до начала Великой Отечественной войны могла считаться вполне обеспеченной. Дед работал на заводе, считался (да и был на самом деле) отличным мастером своего дела – вот не скажу, какого. За давностью лет как-то подзабыл. Бабушка работала на том же заводе, только в бухгалтерии. Отец рассказывал, что дед ужасно комплексовал по этому поводу. Как же, у жены образование, а у него школа рабочей молодежи и все. Я так понял, что в те времена профессия бухгалтера приравнивалась в общественном сознании по меньшей мере к ученой степени. Но дело было не только в бабушкиной способности содержать заводские ведомости в идеальном порядке. Дед ужасно жалел, что в свое время не смог выучиться на инженера, – не было возможности. Но он был еще молод, всего-то двадцать восемь лет, и не терял надежды наверстать упущенное.

Не успел. Когда началась война, он ушел на фронт, откуда вернулся в 43 году инвалидом без одной ноги. Тут уж было не до учебы. Приходилось каким-то образом кормить семью, которая через год увеличилась еще на одного члена, – родилась папина сестра, моя тетка. Отчаянные люди были наши предки. Теперь-то меньше чем за 250 000, обещанных президентом за второго ребенка, потенциальные родители и стараться не станут. А тогда… Война, кормилец без одной ноги, а они второго ребенка заделали и живут себе, трудно, но счастливо.

Учитывая зигзаги судьбы, дед так и не смог дорваться до вожделенного образования, но тоску свою по несбывшемуся он умудрился привить сыну (то есть моему отцу). На всю жизнь осталось у того стремление к знаниям, которые казались ему пропуском в какой-то невиданный, блестящий мир, отличный от суровой послевоенной действительности.

Потому в школу отец пошел как на праздник. И так все десять лет. Честно говоря, я просто не могу себе вообразить, какие запасы энтузиазма для этого нужны. Бездонные, наверное. Отец искренне верил: если он выучится как следует, все двери в стране будут для него открыты. Они все тогда немного такие были – не от мира сего. Шестидесятники… «Наивные подснежники», как саркастически характеризовал себя и своих друзей повзрослевший отец, имея в виду хрущевскую «оттепель». По окончании школы отец, который за десять лет учебы уже окончательно определился с будущей специальностью, без каких-либо проблем поступил на престижный физмат в Университете (тогда в Ленинграде университеты еще не располагались на каждом углу). Что еще глубже укрепило его уверенность в доступности научной карьеры союзного значения для каждого советского человека, буде у него на этот случай способности.

Быстро пролетевшие годы учебы в Университете не стоили бы отдельного упоминания, если бы не одно существенное обстоятельство. Именно в стенах альма-матер мой отец впервые проявил незаурядные способности, не столько научные, сколько организаторские. При всем уважении к трудоспособному молодому человеку, которым когда-то был отец, я не могу не признать (по его же собственным замечаниям), что как раз физико-математические экзерсисы он выполнял не так блестяще, как проводил (к примеру) культмассовые мероприятия. За несколько лет, проведенных в сугубо академических стенах, он успел «опылить» своим присутствием все мало-мальски значительные формальные и неформальные события, происходящие в Университете. Более того, молодой студент умудрился последовательно побывать: культоргом, профоргом и комсоргом курса. И это не считая того, что на протяжении всей учебы отец продержался на солидной должности ответственного за политсектор. То есть все политинформации, проведенные за шесть лет, были на его совести. На мои неоднократные недоуменные вопросы: «За каким лешим тебе нужна была эта тягомотина?» – отец неукоснительно принимался читать мне лекции о важности не только плодотворно контактировать с окружающими людьми, но и уметь направлять их чисто человеческие, а потому хаотичные порывы в строго очерченные рамки полезной деятельности.

Но это он с возрастом научился так красиво формулировать, а тогда (как я сильно подозреваю) студент физмата Гришка-лектор, как его едко прозвали ополитинформаченные согрупники, мало задумывался, отчего у него так зудит по общественной линии. Ведь в те времена организаторский талант признавали в людях неохотно. А ведь именно эти способности – направлять людей в рамки полезной деятельности – и удобрили на манер гуано последующий урожай событий в его жизни. Несколько раз на полном серьезе отец утверждал, что комсомольско-общественная работа в советских институтах была не чем иным, как вторым высшим образованием, классической школой менеджмента и управления, только на советский манер.

После окончания Университета отец очень удачно распределился. Он каким-то образом, впрочем не без учета его заслуг по общественно-комсомольской части, избежал участи большинства молодых специалистов и не загремел в какой-нибудь заштатный НИИ, затерянный на необъятных российских просторах. Вместо этого получил место в довольно прогрессивном по тем временам научном институте и помимо эфемерных благ в виде постоянной возможности поднимать свой научный уровень получил возможность ходить на работу пешком. И опять же работа в этом достойном учреждении не имеет к описываемой теме почти никакого касательства, если бы не два события, которые произошли с отцом именно в данный период. Первое – в новообретенном дружном коллективе он встретил человека, который определил почти всю его дальнейшую жизнь – Якова Денисовича, тогда просто Яшку (по молодости лет). С точки зрения советской действительности у Якова были один явный недостаток и одно сомнительное достоинство. Он происходил из катастрофически бедной многодетной семьи и при этом был умен тем самым практическим умом, который так не любило в подчиненных начальство, – тут вам не Америка!.. И второе событие – в качестве молодого и подающего надежды специалиста в составе небольшой группы советских ученых он попал на научную конференцию «за бугор», а точнее, во Францию.

Капиталистический образ жизни наповал сразил отца. И не изобилием сверкающих витрин, хотя и не обошлось без глотания сладких слюнок в магазинах спорттоваров и в супермаркете при виде продуктов. Самое главное, что наконец-то отец осознал: совершенства в мире не бывает. Вожделенное образование, которое виделось ему золотым ключиком к счастью, открывало совсем не ту дверь. С другой стороны, получить аналогичное образование во Франции с такой же легкостью, как в родном Отечестве, ему ни за какие коврижки не удалось бы. И вот именно тогда, по его словам, впервые закралась в молодую голову советского специалиста крамольная мысль: «А вот бы совместить…» При этом отец вовсе не был клиническим идиотом и понимал, что в политическом масштабе осуществить сие невозможно. Но в одном-то, отдельно взятом случае? Ведь у него-то уже имелось образование. Но это был пока даже не пробный выстрел, а просто взгляд на мир через прицел. До выстрела было еще далеко.

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

"Асса", легендарный фильм перестроечного периода: заснеженный Крым, уходящая эпоха, любовный треугольник. Подпольный миллионер Крымов (Станислав Говорухин) образован, влиятелен, богат и абсолютно уверен, что на свои деньги может купить всех и вся. Поначалу зрители принимают его за бандита или вора в законе, и лишь в самом конце выясняется, что Крымов незаконный бизнесмен, цеховик.

Фильм 1-й

Именно так в СССР называли подпольных производителей остродефицитных модных и качественных товаров: обуви, одежды, мебели, продуктов питания и прочего. Обладать собственным миллионом в нерушимом союзе республик свободных было всё-таки возможно, но вот только... незаконно. Под страхом смертной казни в стране победившего социализма был создан альтернативный рынок товаров народного потребления, работавший по серой схеме. Первопричиной появления цеховиков стали плановая экономика и дефицит. В Советском Союзе Госплан чётко регламентировал, что и в каких количествах нужно производить. Так что рядовому человеку волей-неволей приходилось носить пальто горохового цвета на ватине (причём непременно с плюшевым воротником), брюки со стрелками, ботинки с восемью дырочками для шнурков. Дефицит стал печальной реальностью советской эпохи, но в то же время именно ему обязана своим существованием каста подпольных производителей. Модные плащи и водолазки, сумки и шарфы, бельё и скатерти, удобная красивая обувь - выпуск и распространение всех этих товаров могли быть поставлены на поток в считанные месяцы. У каждого советского "подпольщика", как говорит один из участников фильма "Цеховики. Опасное дело" Дмитрий Дибров, своя история и биография.

У популярного телеведущего, который родом из Ростова-на-Дону, были, оказывается, родственники-цеховики. Как у них всё начиналось? Однажды у его дяди Гриши спросили, долго ли будет продолжаться его пение, и когда он наконец-то займётся делом. Вердикт семьи был суров: "Иди обувь делай!". И уже лет через восемь в Нахичевани появился свой Дон Корлеоне. Другой, "казачий" дядя ведущего программы с говорящим названием "Кто хочет стать миллионером" недолго торговал шерстяными носками у входа в местную гостиницу. Влиятельный родственник, узнав о семейном позоре, со всей своей цеховой душой распорядился судьбой брата. Сто рублей отступных, и носки полетели в урну. Их новый бизнес был типичным для той эпохи. Где-то в совхозе существовало вполне легальное трикотажное производство, на котором числилось несколько фиктивных сотрудников. Реальные же члены сплочённого коллектива, не поднимая голов, строчили на новейших японских швейных машинах вожделенные джинсы марок Левайс, Вранглер и прочий дефицит.

Фильм 2-й

Борьба с цеховиками то ужесточалась, то утихала, но не прекращалась никогда, как, впрочем, и их подпольная предпринимательская деятельность. Авторитеты уголовного мира "курировали" этот криминальный бизнес по-разному. Одни заставляли предпринимателей делиться, оставляя один на один с проблемами, другие, более лояльные, за определённую мзду охраняли их, обеспечивая безопасность сделок. Именно в это время и начали складываться отношения, которые впоследствии переросли в открытый рэкет начала 90-х годов минувшего столетия. В милицию о нападениях и угрозах заявлять было нельзя: это значило подставиться под арест. Кстати, термин "крыша" родом из профессионального сленга разведчиков, у которых он означал прикрывающую их организацию. В СССР же криминальные "крыши" появились с зарождением теневой экономики. Уже во время перестройки в России повторилась история американского Чикаго 30-х годов прошлого века, когда бывшие преступники становились финансовой, промышленной и даже политической элитой. Во время выборов в первую Государственную думу работники ОБХСС испытывали настоящий шок, видя на экране телевизора своих старых знакомых.